ТОРГОВЛЯ

Текст: Николай Гудалов, магистр международных отношений, специалист по истории и политике арабских стран

Даже самая ранняя история жизни человека на южном побережье Персидского залива была связана с международной торговлей. Из документов Древней Месопотамии известно о коммерческих контактах государств Маган (историческое название Омана) и Дильмун (название Бахрейна) с Аккадом и Шумером (современный Ирак).

В Магане, в частности, добывалась медь, которая либо напрямую, либо через Дильмун поставлялась в Месопотамию. В Магане также строились корабли, для чего, вероятно, из далекой Индии импортировался лес. Дильмунские купцы вместо подписи использовали круглые печати, которые и сейчас можно увидеть в музеях стран Средиземноморья или Южной Азии — регионов, которых достигала их деловая активность. Кроме того, в античный период мореплаватели из Магана вели торговлю с другими городами Аравии, а также с Восточной Африкой. Трюмы их кораблей были заполнены не только грубым сырьем, но и ладаном, миррой, гуммиарабиком (аравийская камедь, получаемая из акаций), другими парфюмерными веществами и специями.

На рубеже III и IV веков Персидский залив стал частью иранского государства Сасанидов, которое владело и землями на севере Аравии, в Йемене и в Египте, где оно также пыталось поставить торговлю под свой контроль. На южном побережье Залива активизировались такие порты, как Мазун и Дибба; в первом господствовали персидские, во втором арабские негоцианты. Коммерция развивалась и во внутренних районах современных ОАЭ. Так, в области Бурайми шла оживленная торговля шелком. Однако важнейшим источником богатства всей Аравии тогда был ладан, который экспортировали как по морю, так и сухопутными караванами. Ладан получают из сока ладанного дерева, или Босвеллии священной. За величественным названием скрывается корявое, разлапистое растение, распространенное лишь в Омане, Йемене и на севере Сомали. Лучший сок дают деревья, растущие в уникальных условиях оманского региона Дофар. Исстари выращивание босвеллии было окружено запретами и легендами, ее тщательно охраняли от иноземцев. Плиний писал, что она сделала южную Аравию богатейшим регионом мира. По морю ладан вывозили в основном через оманский порт Сумху-рам (сейчас — Хор Рури). Торговля ладаном приносила богатство не только его культиваторам. Набатейская империя с легендарной столицей Петрой своим величием во многом обязана налогам, которые она во II веке до н. э. — I веке н. э. взимала с караванов, шедших через северо-западную Аравию и доставлявших ладан с юга полуострова в Дамаск. Известно, что во II веке н. э. ежегодно в Грецию и Рим из южной Аравии доставлялось не меньше трех тысяч тонн драгоценного благовония.

Возникновение ислама дало аравийской коммерции новый импульс. Эта религия возникла в купеческой среде Мекки в VII веке, а пророк Мухаммед с юных лет участвовал в караванной торговле. Объединение Аравии, завоевание Ирака, Ирана, Палестины, Сирии, Северной Африки дали в руки мусульман огромную зону для развития коммерции, положили конец военным столкновениям Византии и Персии, связали между собой торговые системы Средиземноморья и Индийского океана, объединили возможности Красного моря и Персидского залива. Хотя ислам и запретил ростовщичество, спекуляции и торговлю долговыми обязательствами, были разработаны дозволенные (и вполне эффективные) инструменты кредитования, аккредитивов, передачи долга и управления капиталом. Интересно, что изначально мусульманские правители отменили все сборы, ранее взимавшиеся с международной торговли Византией и Персией, а затем вернули налоги во многом в ответ на то, что мусульманских купцов облагали ими в Индии. Первоначально введенные халифом Омаром (634—644 годы н. э.) налоги составляли 2,5% для мусульман, 5% — для жителей Халифата — не-мусульман, и гораздо больше, 10%, — для иностранцев. Сборы взимались в портах и других городах, а в Индийском океане вплоть до прихода португальцев в конце XV века существовала полная свобода торговли. В дальнейшем на протяжении истории некоторые мусульманские правители соревновались, привлекая купцов в свои владения, и либо не дискриминировали их в зависимости от религии (так, вероятно, поступала фатимидская династия в Египте и власти богатого островного города Кайс в Персидском заливе), либо сильно снижали налоговую планку в целом (например, при легендарном Салах ад-Дине, эмире Египта и Сирии, владевшим в том числе и землями в Аравии).

В 696 году при халифе Абд Аль Малике была унифицирована чеканка монет, что еще способствовало торговле в раннем мусульманском халифате. Впоследствии различные торговые центры исламского мира, обретавшие независимость, иногда могли выпускать собственную валюту. Многие из крупных торговых городов Аравии той эпохи находились на территории современных Эмиратов или Омана. К старейшим из них относились Джульфар, Дибба, Кальба, Сухар, Хасаб, Хор Факкан. В эпоху расцвета мусульманской морской торговли, до прихода португальцев, возвысились и такие центры, как Дофар, Калхат и Маскат.

Кроме того, общины мусульманских купцов, в том числе из Аравии, складывались в таких отдаленных городах и регионах, как Килва, Малинди, Момбаса, на островах Занзибар и Пемба, в Сомали (Восточная Африка), в индийском Мала-баре и на Цейлоне, в китайском Кантоне, на Суматре и Яве... Во многом именно благодаря торговцам ислам приняли многие жители Юго-Восточной Азии и Восточной Африки. Торговые обмены осуществлялись между разными городами Аравии и всего мусульманского мира, а также между Аравией, Восточной Африкой, Южной и Юго-Восточной Азией. Но любопытно, что мусульманские негоцианты вели торговлю даже между теми городами и странами Южной Азии, в которые они мигрировали, например, между Китаем и Явой. Деловыми партнерами и соседями мусульман были христиане (из Армении и Эфиопии, а также индийские несториане), иудеи, зороастрийцы — парсы и персы, индийцы, джайны. О том, какой географический масштаб могли иметь деловые связи между купцами из мусульманских земель и их общинами в других странах, свидетельствует документ, в котором рассказывается о том, как один предприниматель-еврей из Туниса создал мастерскую по производству медных изделий в Малабаре. Сам же документ был обнаружен в синагоге в Каире.

Многие аравийские купцы поддерживали связи с мусульманскими торговыми общинами в иностранных портовых городах с помощью своих представителей — вакилей и банкиров — саррафов. Представитель торговцев, называемый «вакиль ат-туджжар», также исполнял обязанности управляющего портом. В Аравии он защищал интересы прибывающих иноземных купцов, а в иностранных портах — интересы купцов, мигрировавших туда. Свой вакиль ат-туджжар обычно имелся у каждой религиозной общины, причем он утверждался религиозными властями общин. Вакиль ат-туджжар, в качестве поверенного, выполнял целый ряд деловых функций: он покупал, хранил или сбывал товар по поручению купца-заказчика, посредничал при расчетах, собирал долги, договаривался с властями, которые управляли морским или сухопутным торговым путем. Кроме того, вакиль ат-туджжар должен был поддерживать моральные стандарты ведения бизнеса. В каждой гавани также имелся портовый инспектор — шах-бандар. Его задачи были схожи с некоторыми обязанностями вакиля, а также включали обеспечение соблюдения мореплавателями местных законов. В целом, поселения мусульманских купцов в иностранных торговых городах пользовались значительной автономией, им чаще всего позволялось вести дела в соответствии с нормами ислама. Богатые аравийские негоцианты нередко владели собственными складами в зарубежных гаванях.

Сухопутная торговля в Аравии, конечно, веками осуществлялась с помощью караванов. Большую роль здесь играли пустынные племена, которые выступали в качестве проводников по своим владениям (дирам) в обмен на определенную плату. Активно осуществлялся торговый обмен между кочевниками-бедуинами, полукочевыми племенами и городскими жителями.

Аравия обменивалась с остальным миром самыми разнообразными товарами. Она экспортировала жемчуг и драгоценные камни, ткани (муслин), шерстяную одежду, медь, рыбу, соль, фрукты (гранаты, инжир, финики), грецкие орехи и др. Что касается импорта, то из Индии в основном ввозились рис и специи, из Китая — фарфор и шелк, из Африки — дерево, железо и ладан. Интересно, что уже в эту эпоху закладывается традиция реэкспорта, которая позже станет основой богатства таких торговых центров, как Дубай. Реэкспортировались одежда, фарфор, стеклянные изделия и др.

В конце XV века началось проникновение португальцев в Персидский залив и Индийский океан. Аравия все больше становилась объектом конкуренции мощных внешних держав. С Португалией соперничали Франция, Голландия, Англия, позже — другие европейские государства, а также Османская Империя. В самой Аравии в XVIII в. укреплялись такие местные силы, как саудиды — основатели саудовского государства, союзные им сторонники исламского течения — ваххабизма, племя кавасим, члены которого до сих пор правят в эмиратах Шарджа и Рас-Аль-Хейма, а также Оман под началом династии Аль Бу-Саидов. Конкуренция этих сил разворачивалась во многом именно за коммерческие выгоды. Победителем вышла Британская Империя, которой удалось поставить под свой контроль большую часть международной морской торговли Аравии.

В разные периоды с начала XIX века до 1970-х годов под властью Лондона находились значительные части побережья Персидского залива, Аден (часть современного Йемена), а также Египет, важный с точки зрения торговли на Красном море. Аравия стала для британцев важным источником прибылей от колониальной торговли, а также связующим звеном между метрополией и Британской Индией. Наиболее важным для Соединенного Королевства был контроль за торговлей местным жемчугом, транзитом золота, транспортным (пароходным, позже — авиационным) сообщением и, конечно, нефтедобычей.

Даже те традиционные товары, которые ранее изготовлялись в Аравии, стали делаться в Британии и продаваться жителям ее фактических колоний. С начала XX века Дубай, в котором активную деятельность развернули британские компании, начинает обретать те черты, которые характерны для него и сейчас — он становится крупным портом, обслуживающим арабское побережье Персидского залива и внутренние районы Аравии, а также центром реэкспортной торговли.

Сейчас главными коммерческими державами региона являются Объединенные Арабские Эмираты и Саудовская Аравия. Торговля аравийских стран своеобразно совмещает в себе самые разные элементы, старые и новые. После обретения независимости каждая из них стала проводить самостоятельную торговую политику, но осознание шестью аравийскими монархиями своего общего наследия и интересов привело к созданию ими в 1981 году Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива (ССАГПЗ). В его рамках, пусть не без трудностей, развивается взаимодействие в том числе и в экономической сфере.

Главной статьей экспорта ССАГПЗ остаются углеводороды, но некоторым странам, например ОАЭ, удалось значительно диверсифицировать свой экспорт. Сохранявшаяся довольно долго зависимость от Великобритании ее бывших протекторатов постепенно была преодолена, но в то же время аравийские страны имеют прочные коммерческие связи с Западом: так, крупнейшим торговым партнером ССАГПЗ является Европейский союз (около 14% в 2013 году; на долю США приходилось почти 9%). Однако сохраняется и обретает новое значение тысячелетний шелковый путь в Южную, Юго-Восточную и Восточную Азию — в первую десятку торговых партнеров Совета входят Япония, Китай, Индия, Республика Корея, Сингапур, Иран, Таиланд, Пакистан.

К слову, наряду с океанскими танкерами между Аравией и многими из этих азиатских стран до сих пор курсируют традиционные деревянные суда, которые придают, например, пристани Дубая особый колорит. Наконец, к классическим формам рыночной экономики в аравийских странах все больше прибавляются инструменты, основанные на исламских нормах. Одним словом, традиции и новации в современной аравийской торговле, как и в других сферах, переплетаются, а новое часто оказывается лишь хорошо забытым старым. Впрочем, одной традиции — торговле как связующему звену со всем миром — Аравия по-прежнему не изменяет.